Все, что происходит с этим парнем – с приставкой «супер». Если он ссорится, то это обязательно Филипп Киркоров. А мирит их никто иной как Григорий Лепс. А если Тимати о чем-то мечтает, то это – собственный футбольный клуб. Читайте в журнале «Интервью со звездой!», что Тимати рассказал о себе в Вечернем Урганте.

 Иван Ургант: Дорогой Тимати, здравствуй!

Тимати: Добрый вечер.

Иван Ургант: Видишь, как легко началась наша беседа. Первый вопрос у меня к тебе: Ты был замечен совсем недавно, 30 апреля в Кремлевском дворце. И так совпало, что в этот же день там праздновал свой юбилей Филипп Киркоров.

Тимати (смеется): Чистая случайность!

Иван Ургант: Ты оказался там, был за столом. Как бы, и нет того конфликта. Нет того долгого противостояния с Киркоровым. Нет этих песен, когда ты поешь Филиппу «Давай, до свидания». А Филипп тебе поет песню «Почему так жесток снег»… Нет этого знаменитого баттла! Ты понимаешь, что вы нас лишили уникального, долгого триллера!

Тимати: Ну, любая Санта-Барбара подходит к своему логическому завершению.

 

Иван Ургант: Ну, ты помнишь, что Санта-Барбара закончилась тем, что Си-Си умер. А здесь, Си-Си празднует пятидесятилетний юбилей.

Тимати: А здесь хэппи-энд. Просто, мне кажется, время прошло. Актуальность этой истории, всех этих событий — потеряла свой смысл. Прошло больше пяти лет!

Иван Ургант: Это — делает вам честь. И очевидно, что это должно было закончиться.

Тимати: Так поступают взрослые люди!

 

Иван Ургант: Нас, конечно, интересует, как это все происходило. Началось с того, что Филипп снялся с тобой в одной рекламе вашего заведения, где вы кормите людей жареным мясом.

Тимати: В рекламе нашей бургерной. Где я – был в роли официанта.

 

Иван Ургант: И Филипп торжествовал.

Тимати: Филипп сказал: Наконец-то!

 

Иван Ургант: Человеку – 50 лет, ему никто не сказал, что он рекламирует твою бургерную. Чья это была идея?

Тимати: Моя была идея изначально. Если говорить уже об эскалации конфликта, научным языком, то Григорий Викторович Лепс принял непосредственное участие… Он очень долго вел разговоры, со мной, с Филом. Я не шел на встречу…

 

Иван Ургант: Он вас пытался помирить?

Тимати: Больше двух лет.

Иван Ургант: Миротворец, как мы его называем.

Тимати: Он говорил: Ты – взрослый человек», должен в какой-то момент перерасти.

Не суть. Я вышел с идеей этого ролика, который мгновенно разлетелся по интернету, по всей стране. И люди были абсолютно в ступоре, в шоке.

 

Иван Ургант: Это было очень здорово. И самоиронично. Как будто никакого конфликта нет. Но окончательное примирение произошло где? В Венеции? Вы выкладывали оба фотографии из Венеции в социальные сети. Зачем вы поехали туда, на площадь Сан Марко одновременно? Каких голубей вы поехали кормить туда? И потом, выходит этот роскошный клип. Расскажи про клип.

Тимати: После ролика про бургеры, на первой совместной встрече…

 

Иван Ургант (перебивает): А где эта встреча была?

Тимати: Она происходила на студии. Я приехал первый. Я сидел и ждал Филиппа. Приехала машина Филиппа, но Филипп не выходил из машины. Это – реальная история. У нас студия – на первом этаже находится. И, практически, его машина подъехала к окнам. Но он сидел и не выходил.

 

Иван Ургант: Отнялись ноги у Филиппа от волнения?

Тимати: Я буду честен… Я тоже нервничал, переживал, думал.

Но потом – открылась дверь. И мы все – взглянули в высоту. Он был просто не досягаем. Платформа была на обуви, и такая прическа – вместе примерно 2,5 метра.

Он вышел, зашел на студию. Мы сели, очень хорошо поговорили.

Иван Ургант: Кто первый что-то сказал?

Тимати: Ну, мы поздоровались. И пожали друг другу руки.

 

Иван Ургант: В этот момент заплакал кто-то?

Тимати: Григорий Викторович Лепс. Смахнул скупую слезу.

 

Иван Ургант: Давай от поп-короля перейдем к футболу. Было громкое заявление, что твой лейбл Black Star собирается заниматься футболом. Агентство футболистов и футбольный клуб. Вы рассматриваете это как бизнес? Расскажи мне об этом. Мы не часто видим тебя в шортах.

Тимати: Я вообще не умею играть в футбол.

 

Иван Ургант: То есть, ситуация в корне отличается от музыки?

Тимати: Абсолютно! Первые новости по поводу футбола были немного не правильно трактованы прессой. Мы, естественно, не сможем стартовать с футбольного клуба. Поскольку, нам нужно аккумулировать приличные инвестиции.

Самый дешевый футбольный клуб в России обходится в районе 1 миллиарда рублей.

Иван Ургант: Потому что, у футболистов – большие зарплаты.

Тимати: Естественно. Содержание футбольного клуба – это дорого. До этого нужно дорасти. Мы открыли агентство, которое скаутит талантливую молодежь. Ищет юниоров, из подписывает, раскручивает и выводит в профессиональную лигу. А потом уже, мы их контрактуем или субконтрактуем. От агентства, в течение пяти лет, мы должны вырасти в свою команду.

 

Иван Ургант: Прости, перебью. Я все реже и реже вижу того парня, на концерты которого я бегал… 15-летней девчонкой.

Тимати (исправляет): С девчонкой.

 

Иван Ургант: От того, что ты говоришь: «с девчонкой» — я не могу это сделать по твоему заказу. Скажи, ты стал уже бизнесменом. Ты говоришь: «контрактуешь» и т.д. Ты уже пошел огромными шажищами. И, как снегоуборочная машина, сгребаешь под себя футболистов, людей, которые просто хотят поесть гамбургеры… Люди, которые пришли на концерт Kristina Si – они все под тебя. Я вот, что хочу понять… Не пострадает ли твоя основная деятельность? Петь, в результате, ты будешь?

Тимати: Да, конечно. У меня 4 ноября – большой сольный концерт в спорткомплексе «Олимпийский». В этом году, я максимально превзойду результаты прошлого концерта. А прошлый был тоже максимальный. Но я каждый раз стараюсь все сделать лучше и лучше.

Иван Ургант: Будет больше людей?

Тимати: Да, в этом году мы площадку на 25 тысяч открываем. В прошлом году было 17 тысяч зрителей, в этом году 25 тысяч.

 

Иван Ургант: Скоро начнут надстраивать «Олимпийский».

Тимати: Нет, перейдут в Лужники. Но я, лично для себя, почему не вижу Лужники, а вижу «Олимпийский». Я родился и вырос на проспекте Мира. И в старом доме, где я провел все детство, из окна виден «Олимпийский». Я с детства сидел на подоконнике и смотрел на эту площадку. Ходил туда на разные концерты.

И я мечтал, что когда-нибудь мне представиться возможность выступить на этой сцене. Это мечта детства.