13 апреля самый одиозный, и самый честный музыкант нашей с вами современности Сергей Шнуров отмечает свой 44-й день рождения. Бессменный лидер группировки «Ленинград» уже давно ушел от того, чтобы быть самой обсуждаемой персоной только в музыкальной сфере. Сегодня Шнуров – эта притча во языцех всего российского интернета. Представляем вашему вниманию беседу Сергея Шнурова с Юрием Дудем в передаче «Вдудь».

Юрий Дудь: Серега, тебя месяц не было в России. Ты был в Лос-Анджелесе, да?

Сергей Шнуров: Да, наверное, я не помню.

Юрий Дудь: Это отпуск был, да?

Сергей Шнуров: Я делал зубы.

Юрий Дудь: Зубы? Ух, ты. А в чем проблема со старыми была?

Сергей Шнуров: Да, они просто износились.

Я много кого кусал за свою жизнь. Поэтому, какие-то зубы остались в телах поверженных врагов. Пришлось ставить новые. Теперь я готов покусать еще кого-нибудь.

 

Юрий Дудь: Тебе, прямо, всю челюсть меняли?

Сергей Шнуров: Ну, и пазуху делали. Три операции.

Юрий Дудь: Сколько ты в итоге просидел у стоматолога?

Сергей Шнуров: Часов 25 часов получается.

Юрий Дудь: У нас, очень часто и всех спрашиваем про бабло. Поэтому, я должен спросить. Сколько в итоге вся челюсть тебе обошлась?

Сергей Шнуров: Вся ***ня — 250 тысяч.

 

Юрий Дудь: Рублей?

Сергей Шнуров: Нет.

 

Юрий Дудь: 250 тысяч баксов?

Сергей Шнуров: Да. Полет в космос стоит 70 миллионов, понимаешь. Я ж не в космос полетел.

 

Юрий Дудь: Ты будешь ее страховать или нет?

Сергей Шнуров: Нет, ну там есть гарантия… Если мне кто-нибудь разобьет *бало, и вылетят зубы, то мне их вставят по гарантии в течении двух лет.

 

Юрий Дудь: Я правильно понимаю, что твоя работа на Первом канале завершена?

Сергей Шнуров: Ну, раз мы с тобой снимаемся, то да.

Юрий Дудь: А если бы ты продолжал, то ты бы не имел право сниматься?

Сергей Шнуров: …Хотя подожди, а это — не Первый канал, разве?

 

Юрий Дудь: А, это круче Первого. Слушай, а если в тот период, пока ты снимался на Первом, у тебя по контракту, нельзя было принимать участие в других программах?

Сергей Шнуров: Нет, у меня, наверное, был единственный контракт такого свойства, что я имел право на все. Имел право сниматься на других каналах, имел право принимать участие в рекламных компаниях и т.д. Вот у Вани Урганта, такого контракта нет.

 

Юрий Дудь: Твоя цитата: «Я разберусь, зачем мне телевизор. И использую его в выгодных для себя целях». Использовал ли ты? Объясни, в каких?

Сергей Шнуров: Ну, мы же сняли клип «Обезьяна и орел»…А потом, у меня есть связи на Первом канале теперь. У тебя есть связи на Первом канале?

 

Юрий Дудь: Да, я знаю несколько помощников Вани Урганта, прекрасно с ними общаюсь. Самого Урганта знаю.

Сергей Шнуров: Это — не те связи.

Юрий Дудь: Ага, ты имеешь в виду Константина Эрнста? А у тебя было общение с Эрнстом?

Сергей Шнуров: Нет, не было.

Юрий Дудь: Вообще?

Сергей Шнуров: С заместителем.

Юрий Дудь: С Файфманом?

Сергей Шнуров: Нет. Как его зовут? Писарев, конечно же. Ага.

 

Юрий Дудь: А объясни про клип «Обезьяна и орел». Во-первых, что ты им хотел сказать? Интерпретируй.

Сергей Шнуров: Ну, слушай, я не люблю рассказывать, что я хотел сказать. Это мое представление. Что я хотел сказать, то я сказал, да. А вот далее, это работа зрителя — разбираться в том, что хотел сказать художник, с большой буквы Х.

 

Юрий Дудь: Я увидел в нем сатиру на весь сатанинский телик Российской Федерации.

Сергей Шнуров: Правильно ты увидел, да.

 

Юрий Дудь: А, то есть я прав? А правильно ли я понимаю, что этот клип тебе снимал, чуть ли, не Первый канал?

Сергей Шнуров: Именно так, да. Силами Первого канала мы сделали вот такую вещь.

Юрий Дудь: Слушай, а вопросов не возникало из-за того, что ты, по сути, обстебал с ног до головы всю ту ерунду, которую там показывают в дневной прайм-тайм?

Сергей Шнуров: Слушай… Ребята же, которые там работают, они же все вменяемые. Самоироничные. На Первом канале нет чертей, там обычные люди…

 

Юрий Дудь: Если кто-то не в курсе, то Серега вел программу, которая называлась «Про любовь». И там приходили люди, со своими проблемами. Обычные люди, у которых был какой-то невероятный ***дец в жизни. Вспомни, пожалуйста, самую ****истическую, вещь, которую ты увидел в студии. То есть, самую невероятную проблему. Дичь, с которой к тебе приходили люди.

Сергей Шнуров: Слушай, обычно там проблемы у всех одного характера. В парах не умеют слышать друг друга. Вот жена что-то говорит: Я вот, не хочу, чтобы ты ходил ночью туда-то. А человек этого не слышит. Нет коммуникации.

 

Юрий Дудь: Ну, это проблема всех.

Сергей Шнуров: Вот мы с тобой сейчас коммуницируем, и пока получается, да. Но это не факт, что наша программа закончится не мордобоем.

Юрий Дудь: К челюсти за 250 косарей баксов я просто не притронусь! Чтобы ты не делал. Я просто не смогу вернуть.

Сергей Шнуров: Подожди, 250 тысяч ты вернешь в течение 10 лет, мне кажется, вполне.

Юрий Дудь: Может быть даже побыстрее. Но вот, твои зубы — это последнее, на что бы я хотел откладывать. И платить. Спасибо. Ты говорил, что в месяц ты получал на Первом канале, как за один концерт. То есть, ты получал в районе 80 тысяч евро?

Сергей Шнуров: О, я получал примерно миллион рублей. Это сколько?

Юрий Дудь: Это в районе 50 тысяч евро. Ну, да. Скромненько.

Сергей Шнуров: На зубы, *****, не заработаешь.

 

Юрий Дудь: Ты согласен, что телевизор это не твое?

Сергей Шнуров: Телевизор — он сам, вообще, ничей. Потому что, в телевизоре нет актуального русского языка, нет современности, нет жизни. Поэтому, это — ничье.