Во второй части беседы, журнал «Интервью со звездой!» расскажет о том, как ни старалась Елена Исинбаева продвинуть в передаче образ себя, как государственного чиновника, все равно пришлось говорить о легкой атлетике. И о других пустяках.

Читайте первую часть беседы Елены Исинбаевой в Прожекторперисхилтон

Елена Исинбаева: Был случай один в спортивном мире, когда у нас шестовик, совершенно голый, с шестом бежал по Парижу.

Сергей Светлаков: Подождите, еще раз. Шестовик? Шест был в руках? Можно Париж отбросить.

Елена Исинбаева: Шест был в руках. Шест был 4.05. Он бежал голый.

Сергей Светлаков: Он прыгнул с этим шестом?

Елена Исинбаева: Нет, он бежал голый, чтобы привлечь, таким образом, своих потенциальных спонсоров. Потому что, на тот момент у него не было спонсоров, ему нечего было одеть. И он это продемонстрировал.

Молодец. Может, это он забежал к Прохорову?

 

Иван Ургант: Нет. Нет, не забежал. Не забегали такие к нам.

Гарик Мартиросян: Там за такое — деньги не дают.

Елена Исинбаева: Нет, на самом деле, мы тоже все ахнули, когда эту новость увидели. И первый вопрос был: Почему его никто не остановил там, с полиции?

 

Иван Ургант: Скажите, пожалуйста, а вот когда ты с этим человеком потом, встречаешься на соревнованиях. И он — уже в одежде.

Елена Исинбаева: Он в одежде… Но там была такая смутная фотография, то есть мы там ничего не смогли рассмотреть. Она была в газете. Просто когда он в одежде, там тоже — ничего выдающегося. Там, как бы… Тоже.

Иван Ургант: Мексика призывает свои компании игнорировать строительство стены на границы с США. Вашингтон хочет, чтобы с американской стороны стена была эстетически приятной, сочеталась с окружающей средой. Лена, вот новость для вас. Вот, смотрите. Стена будет отделять Мексику от Соединенных Штатов. Сюда, по информации, что Вашингтон хочет чтобы она была эстетической со стороны США, значит со стороны США — будут наклеены обои. Со стороны Мексики — будут наклеены листовки.

Елена Исинбаева: Вот, выход этого закона. Закон это уже?

 

Иван Ургант: Да, что это? Ну как сказать… Все, что говорит Трамп, становится законом. По крайне мере, в его семье.

Елена Исинбаева: Хорошо. Выход этой новости совпал с приглашением меня в Мексику.

 

Иван Ургант: Серьезно?

Елена Исинбаева: Чтобы дать мастер класс детям, по прыжкам с шестом.

 

Иван Ургант: А тогда вопрос. Скажите, пожалуйста, какие рекорды сейчас? Шесть – мужской?

Елена Исинбаева: 6.15 – мужской и 5.06 – женский.

 

Иван Ургант: Это, как будто бы, в отеле номера говорите.

Елена Исинбаева: 5.06 – мой.

 

Иван Ургант: Значит, 6.15 – мужской и ваш – 5.06. Могли бы сказать и шесть, Господи.

Елена Исинбаева: Могла бы.

Иван Ургант: Да, но не сказали. 5.06, смотрите.

Сергей Светлаков: И это принадлежит, кстати, рекорд Елене, между прочим.

Иван Ургант: Да, а если стена будет например 3,5 метра. Можно ли тогда, чтобы так сильно не стараться вылетать на такую сильную высоту — брать с собой кого-то из родственников?

Елена Исинбаева: Можно.

 

Иван Ургант: Можно. Например, прихватить плазменную панель и мать, одновременно. И микроволновочку. А, кстати, вы, когда тренировались, никогда с утяжелителями не прыгали?

Елена Исинбаева: Прыгала.

 

Иван Ургант: Да, а как это?

Елена Исинбаева: С манжетами на ногах, по 500 грамм.

 

Гарик Мартиросян: По 500 грамм?

Иван Ургант: Два по 0,5, чтобы Сереже было понятней.

Сергей Светлаков: Давайте узнаем главный, может быть, секрет: Что там происходило под одеялом? Про это говорили серьезно, и шутили. Ну, сейчас вы уже можете раскрыть этот секрет? Что там происходило? Я уже фантазирую, что вы там над картошкой дышите.

Елена Исинбаева: Да, да, я все читала.

 

Сергей Светлаков: Да, это мы все пере шутили, но а теперь — хочется узнать правду.

Елена Исинбаева: На самом деле, все, почему-то, запомнили мое пекинское одеяло. Когда я именно в Пекине накрывалась.

Сергей Светлаков: Беленькое, по-моему.

Елена Исинбаева: Да, беленькое. Это обычное одеяло, в нем ничего особенного. То же самое я делала и в Афинах, в 2004 году, когда выигрывала. Просто там я накрывалась полотенцем. Оно было такое, пестрое.

 

Сергей Светлаков: Я думаю, это, скорее всего, в Израиле должно было произойти.

Гарик Мартиросян: Да. Скажите, а это связано с тем, что отелях, в которых вы живете на этих соревнованиях, недостает: то пледов в номере, то полотенец?

Елена Исинбаева: Не ну самом деле, я все возвращаю. Поэтому, я с собой ничего не забираю.

 

Гарик Мартиросян: Серьезно?

Сергей Светлаков: Да. А мы, когда вот из Турции, ну ладно… Я, когда из Турции… Накрылся — мое.

Гарик Мартиросян: Представляете, как… Надел тапочки – мои.

Иван Ургант: Это серебряное Серёжино правило: все, к чему прикоснулось мое обнаженное тело – является моим. Так, Лена, я хотел вас спросить… А получается ли это, что вы возвращаете это одеяло или этот плед или это полотенце в отель… Ведь они же могут на этом зарабатывать отдельные деньги?

Елена Исинбаева: Вот об этом я начала думать ровно тогда, когда о нем вообще стали говорить. Потом тут же прочитала, что там Мадонна, Бекхэм или еще кто, когда они чем-то пользуются, они просто весь номер с собой забирают. Только кровать голую с матрасом оставляют.

Иван Ургант: У нас — так пол страны делают.

Гарик Мартиросян: Просто в отличие от Мадонны и Бекхэма, которые оплачивают то, что с собой забирают, у нас в стране другая привычка.

Иван Ургант: Пол страны Бекхэмов.

Сергей Светлаков: После Стаса Михайлова и вода пропадает.

 

Иван Ургант: Леночка, знаете, что есть одна проблема. И проблему мы должны поднять в нашей передаче. Смотрите, когда…

Сергей Светлаков: На заслуженный отдых или в другую профессию уходит великий спортсмен, у него есть (в футболе, например) последний матч, т.е. прощальный матч, большой. Когда в окружении ревущего стадиона играет человек. И он, после этого, наслаждается этими великими аплодисментами, эмоциями.

Елена Исинбаева: Да, это соль на рану, прямо, сыпете.

 

Сергей Светлаков: Хлопают все. И ты делаешь круг почета. Вы этого были лишены, на самом деле. Чего у вас не было — вот этого.

Елена Исинбаева: Как раз то, что вы описали, да.

 

Иван Ургант: Вот прямо сейчас, Лена, в нашей передаче, специально для вас, будут торжественные проводы великого человека.

Гарик Мартиросян: Сережа хочет попрощаться с телевидением.

 

Иван Ургант: Мы хотели бы сейчас восполнить этот пробел. И воздать должное вашему таланту, вашим победам, вершинам, которые вы покорили. Чувство гордости и любви, которое нас переполняет от того, что мы вас знаем. А некоторые сидят очень близко даже к вам.

Елена Исинбаева: Спасибо!